«Жестокие игры» взрослеющих сердец в ТЮЗе

На «Жестокие игры» я шёл с некоторой опаской: пьеса Арбузова, написанная в конце семидесятых, сегодня легко могла бы прозвучать наивным ретро или, напротив, скатиться в осовремененную «актуализацию». Но стоило погаснуть свету в малом зале ТЮЗа как тревога исчезла — театр сделал всё, чтобы я с лёгкостью погрузился в историю молодых людей на сцене, запутавшихся в себе и друг в друге.

Незамысловатые декорации не отвлекают от сюжета и актёрской игры, в зависимости от света они становятся то московской квартирой, то бескрайней тюменской снежной равниной, то внутренней клеткой, в которую герои загоняют себя сами. Иногда меня посещали мысли будто я смотрю чей-то тревожный сон, где реальные события миксуются с чувством вины и невысказанными словами. Режиссёр Екатерина Симонова делает ставку не на внешнее действие, а на паузы между словами. Именно там, в этих самых «интервалах», живёт главное — то, что герои не решаются произнести.

Москва, самый конец семидесятых. Тверской бульвар, старый дом, внутри которого прячется просторная квартира с тремя комнатами. В ней обитает двадцатилетний Кай Леонидов — молодой человек, оставшийся в полном одиночестве: мать вместе с отчимом укатили за рубеж на долгий срок, предоставив ему крышу над головой и полную свободу. В эту холостяцкую берлогу однажды стучится Неля — девятнадцатилетняя приезжая из Рыбинска. Попытка покорить столичный медицинский институт с треском провалилась, возвращаться обратно она не хочет, а ночевать ей решительно негде.

Жилище Кая — магнит для его школьных товарищей. Завсегдатаи здесь двое: Терентий Константинов и Никита Лихачёв, оба ровесники. Терентий сбежал от отца, прописался в общежитии и не намерен возвращаться под родительский кров. Константинов-старший то и дело является следом, зовёт сына домой, но тот встречает его глухим молчанием. Никита — иного склада: при каждом удобном случае он заводит лёгкие интрижки, не пропуская ни одной юбки, мелькнувшей на горизонте.

Актёрские работы — на высочайшем уровне психологической детализации. Исполнитель роли Кая рисует своего персонажа без единого резкого жеста: его одиночество выдаёт только чуть заметная дрожь пальцев, когда он слушает других, да манера внезапно отводить взгляд в самые важные моменты.

Неля — нерв, оголённый провод всей постановки. Актриса проживает превращение из дерзкой, колючей девочки в женщину, уставшую от собственных защит. Она то взрывается смехом, то застывает в таком пронзительном молчании.

«Жестокие игры» — настоящий сеанс самотерапии для тех, кто когда-либо боялся любви, убегал от неё или ранил, сам того не желая. Это спектакль о том, что взросление — самая жестокая, но и самая необходимая игра, в которую мы все когда-то играем. И большое счастье, что в репертуаре старейшего детского театра есть такая взрослая, умная и невероятно честная работа. Если вы ещё сомневаетесь — идите непременно, только берите с собой тишину внутри: она вам понадобится.